Учеба ни почем: Студенческий сайт
Учителя курят

Апельсиновый сок для Ее Высочества 2 страница

В эти выходные Спенсер с Летицией опять никуда не поехали. Вместо этого девушка отправилась на фестиваль этнической музыки, в котором участвовала группа ее друзей, а самое главное солировала в этой группе Кэтрин, их школьная с Флоренс подруга. Летиции всегда казалось, что все вместе они являют собою банду переросших подростков.

– Что мне делать? – растерянно спросила Летиция мужа после того, как Спенс опять-таки невероятно довольная, сообщила ей, что их совместная поездка на ранчо отменяется.

– Оставь эту затею, – бросил Патрик, изучая утреннюю газету.

– Я не могу! – покачала она головой.

– Тогда тебе стоит предложить ей нечто такое, отчего она не сможет отказаться! – пошутил он.

– Именно так я и сделаю! – Летиция решительно подняла вверх указательный палец.

Патрик с опасением посмотрел на свою жену. Он знал, если она что-то задумает, обязательно воплотит это в жизнь.

***

Под вечер в гостиной раздался телефонный звонок. Спенсер включила громкую связь, как она обычно это делала, и плюхнулась на диван. Звонила Фло. Летиция в это время уже выходила из дома. Чтобы поднять жене упавшее от несостоявшейся поездки настроение, Патрик взял билеты на театральное представление. Невольно она задержалась, сделав вид, что ищет свою шаль. У нее и в мыслях не было подслушивать. Просто ей нравилась непосредственная манера Спенсер общаться с людьми, а в особенности с Флоренс.

– Кэтрин выступает сегодня в семь в местном мьюзик холле. У нее экзамен по классической музыке, – как всегда беспечным звонким голосом сообщила Фло. – Она спрашивает, не хотим ли мы пойти ее поддержать?

– О да! – мгновенно согласилась Спенсер. – Мы обязательно там будем! У меня еще лежат в комнате транспаранты с их субботнего концерта! Тот, который с надписью «Земля, я тебя обнимаю!» подойдет?

– К Баху непременно! Начало в семь, я заеду за тобой сейчас же, чтобы мы успели!

– Фло, постой! – вдруг окликнула ее Спенсер с неподдельной тревогой в голосе. Она даже села. – А сколько будет длиться экзамен?

– Там четыре человека, так что, как минимум, час! А в чем дело?

Спенсер растерянно молчит, и Летиция, хотя и не видит ее лица, ясно себе представляет, как округляются ее глаза от дошедшей до сознания мысли.

– Фло, мы ж уснем!

– Я беру с собой плеер! – заговорщицким голосом почти сквозь зубы сообщила ей подруга.

– Ты спасаешь меня, Фло! – выдохнула Спенсер.

– Как обычно, Спенси, помни об этом!

Спенси? Это что-то новенькое! Подумала про себя Летиция и, наконец, вышла из дома с нежной улыбкой на лице. Патрик ее уже заждался.

***

Утром следующего дня к Спенсер приехала Виржиния. Она занималась обработкой заказов на ее фотографии, которые поступали через сайт. Сама Спенс не хотела заниматься ничем другим, кроме как фотографированием и все финансовые вопросы при первой же возможности переложила на плечи Виржинии. А та не сильно возражала. Они были партнерами вот уже более пяти лет и сильно сдружились за это время. Патрик уехал в офис. Летиция тоже куда-то собиралась, но, узнав, что в их доме гостья, она решила побыть гостеприимной хозяйкой и поухаживать за Виржинией. Хотя Спенсер была способна на это не хуже ее. Она не готовила, но угостить друзей чаем или даже сварить для кого-нибудь кофе Спенсер могла всегда.



– Хорошие новости? – поинтересовалась Летиция, обратив внимание на то, что Виржинии не терпелось что-то рассказать своей подруге.

– Да! – неожиданно смутилась та. – Откуда Вы узнали?

– Это несложно заметить! – ответила женщина, высыпая в большую плоскую чашку шоколадное печенье.

– Буквально несколько дней назад у нас появился очень странный покупатель! Он заказал все оригиналы твоих последних фотографий из Рио!

– Ух ты! – удивленно воскликнула Спенсер. – Это же огромные деньги! Зачем оригиналы, когда можно копии? И стоит в несколько раз дешевле!

– Я не спрашивала у него! – возмутилась Виржиния. – Ты должна быть довольна!

– А в чем разница? – поинтересовалась Летиция.

– Если ты заказываешь оригинал, то фотография принадлежит только тебе! Даже в договоре специально оговаривается тот факт, что если покупатель увидит купленное им фото где-нибудь в другом месте, то мы выплачиваем ему неустойку! А если ты покупаешь копию, то ты просто покупаешь красивую фотографию без всяких прав на нее! – с деловым видом объяснила Спенс.

– Ааа… – протянула Летиция, разливая чай. – Теперь понятно!

– Откуда он? – спросила Спенс у Виржинии.

– Счет в американском банке, а зовут его мистер Каприати!

– Не знаю такого, – бросила девушка, пододвигая к себе чашку. – А ты? – обратилась она к Летиции.

– Первый раз слышу! – ответила та, задумчиво качая головой.

Спенсер на секунду залюбовалась ею. Девушка давно заметила, что ей нравится неожиданная мягкость во взгляде Летиции, когда та задумывается над чем-либо.

***

– Нет, Спенсер, ты не поедешь!

Патрик рассержено ходил по гостиной, где уже в столь ранний час успела собраться вся семья. Летиция поливала комнатные цветы, а Спенсер застыла перед отцом с самым озадаченным выражением лица. Она только что сообщила ему о своих планах на следующую неделю и была удивлена его реакцией.

– На улице ураганный ветер! Уже к вечеру разразится такая гроза, что из дома выйти будет страшно! И такую погоду обещают на всю ближайшую неделю! А вы именно в это время собрались в Португалию заниматься серфингом!

Спенсер молчала.

– Что? – испуганно спросила Летиция, позабыв о цветах.

– Дорогая, хоть ты ее вразуми! Она же на доске может в лучшем случае сидеть, но никак не управлять ею при таком ветре! Ты представляешь, какие будут волны! Ты же убьешься! – он переводил беспокойный взгляд с жены на дочь.

– В том то все и дело! Будут самые настоящие волны! – спокойно возразила ему Спенсер. – Какой серфинг без волн!

– Нет! – отрезал Патрик.

– Ты меня не остановишь! – улыбнулась ему дочь и, прерывая бесполезную дискуссию, направилась к себе в комнату. – А представляешь, какие будут фотографии! – бросила она уже с лестницы своей мачехе, памятуя о том, что Летиции нравились ее снимки.

– Фотографии? – чуть не плача от беспомощности переспросил Патрик свою жену. – Ее заботят фотографии вместо своей жизни?

– Я все решу! Не волнуйся, она никуда не поедет! – успокоила его Летиция, провожая девушку загадочным взглядом.

– Но как ты это сделаешь? – удивился он, все же испытав некоторое облегчение от ее уверенного вида.

– Поехали в город, пока не начался ураган!

***

Вечером Спенсер собирала вещи. Патрик не находил себе места от беспокойства. Летиция отсутствовала, а на улице начинался самый настоящий шторм.

– Ничего не предпринимай, и не пытайся ее остановить! – сказала она ему перед тем, как он оставил ее в городе. – Я вернусь как можно скорее!

И вот Спенсер уже готова была выезжать, а Летиции все не было. В этот момент Патрик думал о том, что в его жизни всегда были сумасшедшие женщины. Глория, его жена и мать Спенс и Ники, была биологом и отдавала этой своей страсти всю себя, постоянно пропадая на островах, где она проводила исследования. Спенсер, тут и говорить нечего, объездила весь земной шар, любила женщин и никогда ни на кого не осматривалась. Летиция была настолько уверена в себе, что готова была остановить даже Спенсер в ее выходках. Ники… Только Ники, его младшая дочь, была абсолютно нормальной девушкой. Она училась в лучшем университете Европы на факультете журналистики, у нее был парень, и один очень уважаемый журнал уже сделал ей предложение о работе.

– Все, папа! Я спускаюсь в гараж за машиной! Позвоню, как мы доедем до Португалии! – сообщила девушка, спускаясь в гостиную со спортивной сумкой через плечо. Остальные вещи она уже упаковала в багажник своего автомобиля.

– Остановись, Спенс! Посмотри в окно! Там же ничего не видно из-за ливня! – попробовал свой последний аргумент Патрик.

– Я доеду до Фло! Тут два дома! А там мы решим! Самое главное, я не буду маячить у тебя перед глазами, и ты успокоишься!

– Я успокоюсь, только когда умру! – выдохнул он.

– Пока! – она поцеловала его в щеку и направилась к двери, ведущей в подземный гараж, где стоял ее дорожный минивэн.

Через минуту после того, как она ушла, в дверях появилась Летиция, а вместе с нею запах дождя. Она бежала от машины до дома каких-нибудь десять метров и уже вымокла насквозь. Но глаза ее сияли победным блеском.

– Где Спенс? – взволнованно спросила она, проходя в дом. На пол гостиной с ее плаща тут же поспешила стечь лужица воды.

– Она спустилась в гараж!

– Я перехвачу ее! – воскликнула Летиция и выбежала через парадный вход на улицу.

Она не стала спускаться за Спенс в подземный гараж, потому что если та уже выехала, то Летиция рисковала попросту наткнуться на опускающиеся ворота. Поэтому она помчалась на улицу, чтобы выбежать на дорогу и там перехватить ее минивэн. Спенсер чудом заметила ее фигуру, несущуюся по лужайке сквозь сильнейший ливень. Дворники ее автомобиля не справлялись с обрушивающимися на лобовое стекло потоками воды.

– Она сошла с ума! – прошептала Спенс, останавливаясь и открывая дверцу машины. – Что ты делаешь? – прокричала она, пытаясь перекрыть шум дождя и бушующего ветра, и устремляясь одновременно навстречу Летиции.

Они встретились посреди лужайки перед домом. Земля под их ногами хлюпала от неимоверного количества воды, которую она не успевала впитывать. Они едва различали друг друга сквозь стену проливного дождя. Но летний ливень был на удивление теплым, и стоять под ним было приятно. Спенсер расплылась в улыбке. Едва ли не первой искренней улыбке, подаренной Летиции. Эта ситуация нравилась ей. И Летиция, стоящая под потоками воды, с мокрыми, прилипшими к лицу и плечам волосами, сияющая непонятной Спенс уверенностью, выглядела невыразимо прекрасно.

– Что ты делаешь? – тихо повторила Спенсер, убирая одну из прядей волос с ее щеки.

Летиция, конечно же, не расслышала ее слова, но она вынула из кармана конверт и протянула его Спенс.

На конверте крупными зелеными буквами было написано «Wimbledon». (Уимблдон англ. Wimbledon Championships – самый престижный из серии турниров Большого Шлема, проходящий ежегодно в июне – июле, в местечке Уимблдон, Лондоне. В 2009 году турнир проходил с 22 июня по 5 июля.)

– Уимблдон? – повторила Спенс и подняла на Летицию вопрошающий взгляд.

– Билеты на двоих до Лондона и обратно, и вип-карты на все корты на две недели! Плюс проживание на территории Всеанглийского Клуба крокета и лаун-тенниса! – прокричала та, не спуская с девушки горящих глаз. Казалось, бушующая вокруг непогода была ей нипочем.

Эта женщина точно сумасшедшая! Подумала Спенсер, чувствуя, что улыбается до ушей.

– Это серьезная заявка на победу, миссис Соллерс! – прокричала она ей в ответ. – А мой отец знает, на что Вы тратите его деньги?

Это был самый неуместный вопрос, который только можно было задать, стоя на улице под проливным дождем и оглушительными раскатами грома. Но Спенсер была спецом по неудобным вопросам.

– К твоему сведению, мое состояние в несколько раз превышает состояние твоего отца! – также криком ответила ей Летиция. – Так что можешь вычеркнуть брак по расчету из списка возможных причин нашего союза!

Спенсер с улыбкой развела руками.

***

Конечно, эти две недели на Уимблдоне полностью изменили все. И для одной и для другой это были две недели сказочного счастья. Не потому, что Спенсер с детства мечтала об этом, и не потому, что Летиция, наконец-то, добилась своей цели. А потому, что им было на удивление хорошо вместе. И поняла они это, уже когда вернулись обратно.

***

– Дорогая, подай мне, пожалуйста, масло! – попросил Патрик свою жену.

Вся семья собралась за завтраком. Спенсер более не возражала самой себе, когда употребляла по отношению к их троице это название «вся семья». Она сидела по правую руку от Летиции, более не мешая (как ей казалось) ее отношениям со своим отцом. Патрик сидел от жены слева. За весь завтрак он не удостоился от нее даже пары взглядов.

– О! Эти абрикосы определенно созрели! – без причины рассмеялась Спенсер, беря с тарелки пару фруктов. – Хочешь? – спросила она, обращая к своей мачехе самую солнечную улыбку.

– Да, пожалуй! Если ты будешь, то и я съем парочку! – согласилась Летиция.

И хотя разговаривали они громко, и хотя в их поведении не было и намека на сексуальность, у любого, кто на них смотрел, тут же складывалось ощущение, что эти двое находятся в своем обособленном мире, в который не попасть никому постороннему. Такое ощущение сложилось и у Патрика. Он смотрел на свою жену и дочь и не узнавал ни ту, ни другую.

– Летиция, ты подашь мне масло? – повторил он ласково свою просьбу.

Но та не слышала его. Спенсер рассказывала что-то о том, как едят кокосы на одном из островов Новой Зеландии, и Летиция слушала ее, с восхищенной улыбкой, которая присутствовала на ее лице постоянно во время общения со Спенс. Патрик видел, что они были полностью поглощены друг другом, и не знал, что ему делать.

– Похоже, Вы давно не виделись! – наконец, не выдержал он, произнеся свою фразу как можно громче. Только так он мог достучаться до них.

– Извини, дорогой! – рассмеялась Летиция, как ни в чем не бывало, поворачиваясь к мужу. – Что ты хотел?

– Я хотел масла! – с заметным возмущением в голосе ответил он. – А еще я хотел твоего внимания! Вас не было две недели, и я соскучился по вас обеим! Но вы будто продолжаете пребывать там, на своих травяных кортах!

– Папа! Травяные корты! Это что-то! – заворожено произнесла Спенсер, не придавая большого значения его рассерженному тону.

– Мяч летит с такой скоростью по траве! – поддержала ее Летиция, и они опять с головой окунулись в разговор, в котором не было места для Патрика.

***

После Уимблдона Спенсер и Летиция практически не разлучались. И все, что когда-то у Летиции не складывалось в отношениях с девушкой, сейчас выходило само собой. По магазинам они ездили всегда вместе, потому что вкус Летиции Спенсер казался теперь безупречным. Она была убеждена, что обратила на это внимание еще с их первой встречи, когда ей очень понравилось то летнее платье, в котором Летиция вошла в дом.

С утра они могли легко решить поехать к Гонсалесам в Бильбао покататься на лошадях и провести там весь день до поздней ночи. Патрик устал уже приходить в пустой дом, а в ответ на вопрос, заданный своей жене по телефону, «Где ты?», слышать, «Не волнуйся дорогой, я со Спенсер!».

Спенс вдруг ясно увидела и поняла, почему ее отец полюбил Летицию и женился на ней. Как можно не любить самую прекрасную на свете женщину! Все это теперь было для Спенс абсолютно естественным. Она бесконечно восхищалась своей мачехой и испытывала по отношению к ней не выразимую словами благодарность за то, что та смогла стать для нее подругой. Никакие другие мысли и чувства, кроме дружеских, она себе не позволяла попросту потому, что была абсолютно уверена, что Летиция обожает ее отца.

***

– Милая, мне кажется, нам надо поговорить! – сказал однажды вечером Патрик, после того, как его жена с дочерью вернулись из очередной поездки в Андорру. «Просто посмотреть на горы», как выразилась Спенсер.

– Да, конечно, дорогой! О чем ты хочешь поговорить? – ласково спросила его Летиция, не подозревая ни о чем. С ее точки зрения, в их семье, наконец-то, стало все так, как и должно было быть.

– Ты слишком много времени проводишь со Спенс!

– Да! – радостно согласилась она. – И это потрясающе, правда? Еще месяц назад она ненавидела меня, а теперь… – Летиция осеклась, видя, что ее муж совершенно другого мнения по этому поводу. – Ты не доволен? – тихо удивилась она.

– Я не доволен, – тяжело вздохнул он. – Если раньше у меня была и жена и дочь, то теперь нет ни той, ни другой! Вы постоянно вместе! Без меня!

– Патрик, мне интересно с ней! – ответила Летиция. Она была спокойна в этот момент. Ее лицо перестало выражать взволнованное непонимание, вместо этого на нем воцарилось выражение несокрушимой уверенности в своих чувствах.

– Ты влюбилась? – прямо спросил он.

– Влюбилась? – переспросила Летиция и рассмеялась, но потом задумалась и тихо ответила. – Да, наверное, я влюбилась! Но совсем не в том смысле, в котором ты спрашиваешь! Я очарована, я восхищена! Твоя дочь поражает меня каждый день! Она удивительная!

– Разве не так люди влюбляются? – возразил он ей, устало опускаясь на кровать и обхватывая голову руками.

– Милый! Я не могу после того, как мы нашли общий язык, отвернуться от нее! Ты представляешь, какой это будет удар для Спенс? Она же перестанет доверять людям! – она села рядом с ним, положив голову ему на плечо. – Я не поступлю так с ней!

В ее голосе звучала спокойная решимость, и Патрик знал, что настаивать на другом бесполезно.

– Скажи мне, когда это произойдет! – только и попросил он, не отнимая рук от своего лица.

– Ты узнаешь об этом первым! – пообещала она, вставая с кровати.

Она сказала это не потому, что чувствовала его правоту, а потому что никогда не оправдывалась. Ни в чем. И если ему угодно думать, что она может влюбиться в его дочь, она не будет переубеждать взрослого мужчину в его заблуждениях.

***

В середине недели Летиция отправлялась на пару дней в Мон-де-Марсан. Это была деловая поездка, и хотя ей очень хотелось позвать Спенсер с собой, она не стала этого делать. Не хотела, чтобы Спенс скучала из-за нее, пока та находится на переговорах. Летиция долго думала над словами Патрика, и, в конце концов, поняла, что должна признать, ни к кому и никогда раньше она не испытывала тех чувств, что испытывала к Спенсер. Но значит ли это, что она в нее влюблена? Хотела бы она знать.

– Ух ты! Мон-де-Марсан! – воскликнула Спенсер, когда Летиция сообщила ей о своих планах. – На сколько?

– На три дня, – ответила ей мачеха, с замиранием сердца ожидая ее реакции.

– Три дня! – ошеломленно повторила Спенсер. – Три дня…

Она смотрела на Летицию таким по-детски расстроенным взглядом, что та рассмеялась.

– А если я буду скучать?- спросила Спенс.

– Ты не умеешь скучать, – улыбнулась Летиция.

– Я научусь! За три дня многому можно научиться! – возразила девушка.

– Только не этому!

– Ты уже забронировала отель? – деловито спросила Спенс, решив не предаваться грустным мыслям.

Летиция кивнула головой в направлении стола. На нем лежали туристические буклеты.

– Campanile Mont de Marsan, авеню де Маршал Жуин 1410, – прочитала Спенсер, взяв буклет в руки. – Ты остановишься здесь? – уточнила она.

– Да, – кивнула Летиция.

– Удачной поездки!

***

Следующим вечером Спенс слонялась по дому, не зная чем себя занять. Давно с ней такого не случалось. Фло, как назло, уехала в Лимож к своему брату на свадьбу, Кэтрин со своей группой была сейчас где-то неподалеку от Нарбона. На улице было пасмурно и холодно, так что на пляж ехать совсем не хотелось. Как ты жила раньше? Спросила Спенс саму себя.

– О! Может, папа уже освободился? – радостно подумала Спенсер, падая на диван с телефоном в руках.

Она набрала его номер. Он практически тут же ответил, и по специфическому приглушенному рою голосов, она поняла, что ее отец в ресторане. Она даже знала в каком. В их маленьком прибрежном городке было не так уж и много ресторанов, которые могли вместить в себя такое количество народу.

– Па, извини! У тебя встреча! – начала она.

– Все в порядке, Спенс! Я уже не на работе!

– А тогда что ты делаешь в ресторане Бест Вестерн Ле Гранд Отеля? – с наигранным возмущением спросила она.

– Ужинаю с твоей матерью!

Через пять минут Спенсер уже была там.

– Мама! – бросилась она на шею загорелой темноволосой женщине, которая так была похожа на незнакомку. – Я так понимаю, у вас романтический ужин! – весело спросила она, присоединяясь к ним за столом.

Ее родители с улыбкой переглянулись, и сердце Спенс радостно запело от давно забытого ощущения, что ты маленькая девочка, а твои родители самые прекрасные и всемогущие на свете люди.

– Когда ты приехала, ма? – спросила она.

– Вчера вечером! – ответила Глория, с обожанием глядя то на нее, то на Патрика.

– Да? – удивились Спенс, уткнувшись в меню. Ей совсем не хотелось, чтобы кто-нибудь заметил выражение ее лица. Она вспомнила, что вчера вечером ее отец поздно вернулся домой.

Только не это! Пронеслось у нее в голове.

– Ты надолго?

– Спрашиваешь так, будто не рада меня видеть! – заметила Глория.

– Что ты, мама! – Спенс почти уронила меню к себе на колени и обратила на мать такой любящий взгляд, что та мгновенно смягчилась.

– На неделю! Завтра приезжает Ники, и мы хотели устроить семейный обед!

Тут Спенсер насторожилась.

– Семейный обед, это ты, папа, и мы с Ники? Или семейный обед, это папа, Летиция, ты, Ники и я? – уточнила она.

– Второй вариант, – успокоила ее мать. – Я рада, что вы с Летицией подружились! – добавила она, видя, что ее дочь не на шутку взволнована.

– А где вы будете жить? – спросила Спенсер, медленно поднимая на отца округленные от возникшей догадки глаза.

– В своем доме, конечно же! – решительно ответил Патрик. – У твоей матери и сестры есть дом, наш дом, в котором они всегда могут остановиться!

– О! – только и сказала Спенс, опять погружаясь в меню. – Летиция, конечно, только за? – обронила девушка, перелистывая страницы.

– Я не думаю, что она будет против! Она же так ратует за дружбу со всеми вами! – ответил ей Патрик, и Спенсер послышались язвительные нотки в его голосе.

– Так в добавок ко всему, она еще и не в курсе, – пробормотала Спенс скорее самой себе, чем кому бы то ни было другому.

***

Уже в девять часов следующего утра Спенсер была в Мон-де-Марсане. Во-первых, она дико соскучилась, во-вторых, ей абсолютно не хотелось ничего делать, и, наконец, в-третьих, всю ночь ее мучили кошмары, в которых Летиция входит вечером в дом, уставшая и радостная после поездки, а там вместо верно ждущего ее Патрика, за столом собралась вся его семья. Спенсер отчетливо помнила жгучее ощущение того, что она предает Летицию одним фактом своего присутствия за этим столом. Поэтому, если отец решил, что его жене не стоит знать о пребывании в доме его предыдущей жены, так тому и быть. Но в тот момент, когда Летиция узнает об этом, Спенсер будет на ее стороне. В прямом смысле этого слова.

Найдя отель, в котором собиралась остановиться Летиция, Спенсер раскинулась на его ступеньках под ярким летним солнцем, решив передохнуть после недолгой дороги. Байонну, где они жили, и Мон-де-Марсан разделяли каких-нибудь сто километров, которые она преодолела на поезде, чтобы иметь возможность возвращаться вместе с Летицией на ее машине. На этих самых ступеньках Летиция и нашла ее вскоре.

Она возвращалась после подписания последних соглашений со своими партнерами по бизнесу в надежде на то, что сейчас же соберет вещи в отеле и поедет домой. Но, увидев Спенсер, поняла, что уже не никуда не спешит. Та, к которой ей хотелось поскорее вернуться, сама приехала к ней.

– Что ты здесь делаешь? – весело спросила Летиция, присаживаясь возле девушки на ступеньки, ведущие к парадному входу в отель. Женщина разгладила складки на юбке своего делового костюма, а потом также как и Спенс запрокинула голову, подставляя свое лицо ласковым лучам утреннего солнца. Меньше всего ее заботило сейчас то, как они должны были выглядеть в глазах случайных наблюдателей их спокойного безмятежного счастья.

– Жду одну женщину! Она обещала угостить меня завтраком в лучших традициях басков! – ответила Спенс, лениво приоткрывая один глаз.

– Ты проголодалась! – рассмеялась Летиция.

– Мне кажется, мой желудок последует за тобой хоть на край света! – с улыбкой призналась Спенс.

– Только ли желудок? – шутя, уточнила Летиция.

Они провели в Мон-де-Марсане весь день. Обеим отчаянно не хотелось уезжать. Спенсер знала, что дома их ждет встреча, которая может оказаться для ее мачехи не приятной. Летиция же наслаждалась общением со Спенс, без оглядки на то, что в любой момент может появиться Патрик и заставить ее задуматься о природе их симпатии друг к другу.

В пять Спенсер поняла, что надо выдвигаться, иначе они опоздают на семейный обед. Но Летиция неудержимо стремилась показать ей, как куют быков. (А справедливости ради стоит отметить, что увидеть сие действие можно исключительно в Мон-де-Марсане). А может быть, даже и не это она хотела ей показать, потому что наблюдать за привязанным к ярму испуганным животным не самое подходящее развлечение для двух молодых женщин. Но покидать город в столь ранний час Летиция наотрез отказалась.

– Тогда мы поедем в поля, чтобы посмотреть на пастухов-скороходов! Сейчас как раз время вечерней выгулки скота! – безапелляционно заявила женщина, направляя свой автомобиль в противоположную от Байонны сторону.

– Баскские пастухи расхаживают по равнине на ходулях! И если смотреть на них из-за холмов или кустарника, то ходули не видны, и можно легко предположить, что сказка о сапогах-скороходах претворилась в жизнь! – с довольным видом пояснила Летиция.

– Я смотрю, ты не зря провела здесь целых три дня! – заметила Спенс, не в силах сдержать восторженную улыбку.

***

В Байонну они вернулись после одиннадцати. Уже подходя к дому, Летиция вынула из сумочки сотовый и удивленно заметила, что Патрик ей не звонил. Спенсер тяжело вздохнула на пороге и решительно открыла входную дверь. В доме горел свет, но было тихо.

– Папа! Мы вернулись! – крикнула Спенс, стряхивая с себя оцепенение.

Когда они вошли в гостиную, их встретил Патрик. Один.

– Я мог бы догадаться, что является причиной твоего позднего возвращения! – горько пошутил он, целуя жену в подставленную в самый последний момент щеку. – Как ты съездила?

– Лучше, чем ожидала! – ответила Летиция, и это было правдой во многом благодаря его дочери. – Ты напряжен, что случилось? – спросила она, ожидая, что он опять начнет говорить о том, что она слишком много времени проводит со Спенсер.

– Глория и Ники здесь! – сказал Патрик, вглядываясь в ее лицо.

Спенс заметила, что не у нее одной появилась такая привычка, интересоваться реакцией Летиции на неприятные новости.

– Я пойду к себе, – тихо произнесла девушка, вежливо отворачиваясь от них.

– Завтра мы устраиваем общесемейный обед по случаю каникул Ники! – услышала Спенс голос своего отца, уже поднимаясь по лестнице.

О да, папа! «Общесемейный обед» просто потрясающее название! С улыбкой отметила про себя Спенсер. Я надеюсь, с Ники будет попроще, чем со мной!

Как оказалось, их позднее возвращение сыграло Летиции только на руку. Общесемейный обед был перенесен на следующий день, и завтра утром она могла встретить Глорию и Ники как полноценная хозяйка этого дома.

С этой приятной мыслью Спенсер заснула.

***

Следующим утром Спенс проснулась оттого, что чей-то голос звонко трещал у нее прямо над ухом.

– Ники! – произнесла Спенс, не открывая глаз, но зато протягивая вверх руки. – Дай я тебя обниму!

На нее тут же упало что-то настолько худое, что Спенсер могла обхватить это что-то одной рукой.

– Кому-то не нравится университетский кафетерий? – шутя, спросила девушка, открывая глаза и расплываясь в радостной улыбке перед своей сестрой.

– Он просто не выносим! – согласилась Ники, плюхаясь рядом со Спенс на кровать.

– Тогда ты точно не захочешь уезжать после того, как попробуешь местную кухню!

– Местную кухню? – с удивлением переспросила Ники. – С каких это пор мне стало нравиться то, что едят баски?

– Нееет, – протянула Спенсер, одновременно потягиваясь. – Я имею ввиду кухню нашего с тобой родительского дома. С недавних пор там можно прямо рано поутру столкнуться с настоящим кулинарным шедевром!

– Да ты что! – воскликнула Ники. – Летиция готовит? Хотя бы с этим папе повезло!

– Ммм… Ему повезло не только с этим, – тоном знатока поделилась с ней Спенс. – Летиция само совершенство! Поверь мне!

Карта сайта
00888167.html
00888177.html
00888187.html
00888197.html
00888207.html
00888217.html
00888227.html
00888237.html